В нашем районе есть два населенных пункта под названием Клинок. Первый является деревней и входит в состав Жирятинского поселения, а второй — село в составе Воробейнского поселения.
Из исторической справки:
Клинок — село Жирятинского района Брянской области, Воробейнского сельского поселения, в 3 км к северо-востоку от села Норино. Согласно преданию, в XVII веке здесь существовал монашеский скит, вблизи которого образовалось поселение, при этом часовня около 1670 была обращена в приходской храм Иоанна Богослова (последнее здание 1746 г.; деревянное, закрыт в 1930-х годах, не сохранилось). Бывшее владение Щербы; в 1710-1720-х годах находилось во владении князя Меншикова и получило название «Богословка»; с 1761 г. во владении Разумовских. До 1781 г. входило в Почепскую (1-ю) сотню Стародубского полка; с 1782 до 1918 гг. в Мглинском повете, уезде (с 1861 г. — в составе Воробейнской волости); в 1918-1929 гг. в Почепском уезде (Воробейнская, с 1924 г. Балыкская волость); в 1929-1939 гг. и 1957-1985 гг. в составе Почепского района. В середине ХХ века — колхоз «Новый путь». С 1919 до 1930-х годов — центр Клинокского сельсовета, затем по 2005 г. в Норинском сельсовете (в 1946-1954 гг. в Буднянском сельсовете). Максимальное число жителей 490 человек (1926 г.).
Клинок, день сегодняшний
На днях журналистский десант «ЖК» отправился в норинский Клинок (так для ясности его называют в простонародье) в гости к единственному жителю села — Ивану Александровичу Степыко. По асфальтированной дороге до с. Норино доехали быстро, хотя Норино и считается самым отдаленным населенным пунктом нашего района — 34 с половиной километра от Жирятина. А вот до Клинка без подсказки Ивана Александровича по телефону (благо, там была связь) мы бы не справились. Съезд на грунтовую дорожку не был обозначен указателем, да и дорожкой то, что ее обозначало, назвать сложно. След на чуть примятой траве от недавно проехавшей легковой техники указывал на то, что здесь была когда-то дорога. По окрестностям Клинка плутали мы на редакционной машине, сопровождаемые огромным роем оводов, около получаса и все равно заблудились. Вдалеке намекала на деревню высоковольтная линия да выглядывающая из травы крыша какого-то строения. Честно признаться, мы даже как-то отчаялись самостоятельно найти дом нашего «Робинзона». Снова позвонили Ивану Александровичу.
— Стойте на месте, я сейчас подъеду, — отозвался Иван Александрович.
И уже через несколько минут он на своей «четверке» прокладывал нам путь.
Вся заброшенность и опустошённость населенного пункта остались позади, когда мы подъехали к усадьбе Степыко.
— В этом году дожди да тепло — вот трава и прёт, как на дрожжах, — как бы оправдываясь, говорит Иван Степыко. — Вначале лета прокосил от дома до асфальта, а сейчас что-то нездоровится. Я и тогда неделю целую косил.
— А сколько ж до асфальта расстояние? — интересуемся мы.
— Ну, вот от моей усадьбы до дороги ровно 5 километров, на машине засекал.
Да, надо отдать ему должное! В таком почтенном возрасте, а Ивану Александровичу уже 86 лет, не сидит, не ждет когда придут к нему и что-то сделают.
Во дворе ровно подкошенная травка, все подсобные постройки, хоть и старые, но ухоженные, на частоколе, что отделяет палисад от общего двора, «выжариваются» чистые стеклянные банки. Возле курятника копошатся куры. По двору бегает верный пес Малыш, а на сложенных досках, не взирая на возникшую суету, дремлет невозмутимый кот Васька. В саду над многочисленными ульями гудят пчелы.
Иван Александрович с удовольствием показывает нам свои угодья.
— Это вот вся моя земля была, — показывая вдаль рукой, рассказывает дедушка, — а теперь вот только клочок.
Но на этом «клочке» такой идеальный порядок, что не у каждой хозяйки бывает! На грядках наливаются спелостью овощи: капуста, огурцы, помидоры, перец, картошка.
В доме также все прибрано, чистенько. На стенах висят рамки с фотографиями. «Красный угол» убран рушниками.
На дедовской усадьбе
Иван Александрович Степыко родился, рос, пережил войну и всю свою жизнь прожил в Клинке.
Отца своего помнит урывками, только то, что отпечаталось в его детской памяти. Когда началась Великая Отечественная война, маленькому Ване было всего три года. Отца призвали на защиту Родины, и домой он больше не вернулся, погиб на полях сражений. На руках у мамы остались Иван и его старшая сестра.
— С нами еще жил мой дед, мамин отец, — вспоминает Иван Александрович, — да и то недолго. Убили его немцы прямо в нашем саду, у меня на глазах.
Ворвавшись в село, фашисты не церемонились — грабили, убивали, отнимали силой последнее. Не обошли и семью Степыко. Залезли на пасеку деда, ульи начали заливать водой, чтобы вытащить рамки с медом. Дед стал ругаться: «Ах вы, антихристы, что ж вы делаете?». Спасая своих пчел, поплатился собственной жизнью. Всё происходящее Ваня запомнил на всю жизнь. В этот момент он стоял, прислонившись к стене своей хаты, и боялся пошевелиться.
— Немцы что-то «горготали» на своем языке, забрали соты с медом и уехали.
Этот горький эпизод настолько врезался в его память, что даже теперь, вспоминая его, Иван Александрович не может сдержать слез.
Шли годы, жители Клинка оправились от войны, жизнь стала входить в спокойное мирное русло. Иван вырос, окончил школу, отслужил в армии, вернулся на свою малую родину, устроился шофером в колхоз, в котором отработал около 40 лет. В родном селе встретил свою любовь. На дедовской усадьбе построил большой, добротный дом, который до сих пор обогревает своих домочадцев, в память о своем деде развел пасеку, обзавелись большим хозяйством, вместе с женой родили и воспитали троих детей.
Дочь Елена живет и работает продавцом в Навле, сын Александр живет в Норино, но работать ездит в Москву, а сын Петр живет с отцом, по трагической случайности в детстве он стал инвалидом.
— В нашем селе 120 дворов было. Народу много, все работали, детворы по 3-5 голов в каждой избе. А теперь тихо до жути, — говорит Иван Александрович.
По словам Ивана Александровича, исход из деревень начался с перестроечных времен. Колхозы и совхозы стали разваливаться, работы никакой, молодежь подалась в город, в деревнях остались доживать свой век старики, да те, кому деться некуда.
Отшельники поневоле
— Честно сказать, мы с моей ныне покойной супругой подыскивали себе домик поближе к цивилизации, но подходящего жилья так и не нашли. А теперь вот и Марии моей уже 8 лет как нет с нами, и жить здесь одним невмоготу. Надо как-то выбираться поближе к райцентру. Жалко, конечно, бросать свое насиженное место, — с грустью в голосе признается Иван Александрович. — Мы здесь отрезанные от всего мира живем. Это хорошо, что я еще сам езжу на машине за продуктами в Почеп или Жирятино, а как распутица или зимой непогодь забьет, так и вовсе никуда не выедешь.
Последний житель Клинка понимает, что никакого чуда уже не случится, а свой век доживать как-то надо. Хоть и тяжело ему бросать все то, что построено и сделано своими руками, но придется ради детей.
— Время идет, уже наши дети пенсионерами становятся и им добраться до меня тяжело. За Петра беспокоюсь. Случись, что со мной, как он один тут будет?
На этой печальной ноте мы распрощались с гостеприимным хозяином, но всю дорогу меня не покидала мысль, сколько же еще таких отшельников поневоле живут в малых деревнях и селах нашей матушки Руси?
Автор: Надежда КОНДРАТ
Врио губернатора Брянской области Егор Ковальчук поздравил выпускников с этим событием. Сегодня ...
Победители и призёры чемпионата выступят на чемпионате России по пляжному самбо в июне в Анапе, ...
В канун наступающего общероссийского Дня библиотек врио губернатора Брянской области посетил ...
Сегодня, 25 мая, стартовало электронное предварительное голосование «Единой России». Принять ...
На базе Брянского филиала РАНХиГС прошла итоговая аттестация участников второго модуля очной ...
Студентка Брянского базового медицинского колледжа Александра Малышева завоевала третье место ...
